Технико–криминалистическое обеспечение расследования пенитенциарных преступлений

Описание:

должности судебно-медицинского эксперта (специалиста в области судебной медицины) в медицинской части Учреждения. Его специализированные знания могут быть нужны и в обычной деятельности учреждения для решения вопросов дифференциации самоповреждений, определения тяжести причиненного вреда здоровью, физических последствий актов суицидального поведения и т.п.
скачать Технико–криминалистическое обеспечение расследования пенитенциарных преступлений
Реклама от Google
Доступные действия
Введите защитный код для скачивания файла и нажмите "Скачать файл"
Защитный код
Введите защитный код

Нажмите на изображение для генерации защитного кода

Текст:

ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЛУЖБА ИСПОЛНЕНИЯ НАКАЗАНИЙ

ФЕДЕРАЛЬНОЕ КАЗЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ

«ВЛАДИМИРСКИЙ  ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ

ФЕДЕРАЛЬНОЙ СЛУЖБЫ ИСПОЛНЕНИЯ НАКАЗАНИЙ»

КУРСОВАЯ РАБОТА

ТЕМА: «Технико–криминалистическое обеспечение расследования пенитенциарных преступлений»

          Выполнил:

Курсант 4 Б курса, 44 взвода

Журин А.А.                                                     

Научный руководитель:

Дата защиты:

                                                            Оценка:

Владимир, 2016

Оглавление

Введение…………………………………………………………………………..3

Глава 1. Понятие научно-технического обеспечения………………………..6

Глава 2. Особенности технико–криминалистического обеспечения расследования пенитенциарных преступлений…………………………….11

Глава 3. Правовые основы технико-криминалистического обеспечения................................................................................
.............................21

Заключение……………………………………………………………………….28

Список использованной литературы…………………………………………30


Введение

Актуальность исследования курсовой работы. Полное предупреждение каждого явления, в особенности такого остросоциального, как насильственная преступность, решительно неосуществимо без изучения распространенности его в какой - либо общественной среде. В расматриваемом случае это осужденные, отбывающие наказание в исправительных учреждениях (далее - ИУ).

В ИУ постоянно  присутствует высокий риск совершения осужденными самых разнообразных преступлений в отношении как к себе похожим, так и представителям администрации.

Возможность их появления в значительной мере обусловливает криминогенная характеристика самой среды осужденных к лишению свободы, а также состояние организации процесса исполнения наказания, его правового обеспечения. Совершение преступлений осужденными в исправительных учреждениях мешает нормальной деятельности уголовно-исполнительной системы и достижению целей уголовного наказания.

По собственному характеру пенитенциарная преступность - комплекс всех (самых разнообразных) преступлений, совершаемых осужденными в процессе исполнения наказания в виде лишения свободы, - довольно смешанна и многообразна по структуре: преступления против личности, общественной безопасности и общественного порядка, здоровья населения, порядка управления, правосудия, собственности и другие. Она предполагает собой составную часть всей преступности, и в частности региональной.

Надлежит обозначить, что самостоятельные преступления обладают наибольшим распространением в местах лишения свободы, а другие - нет.

Так, в соответствии с проведенным исследованием, в структуре преступности осужденных в исправительных колониях дозволено сделать акцент на следующие пять групп, отображающие в наибольшей степени распространенные преступления (в порядке убывания):

- против личности - 28,1%;

- против здоровья населения и общественной нравственности - 25%;

- против порядка управления - 14,4%;

- против правосудия - 11,2%;

- против общественной безопасности и общественного порядка - 6,7%.

В структуре преступлений, совершаемых осужденными в исправительных колониях, таким образом, доминируют посягательства на личность.

Среди данных преступлений в наибольшей степени распространены преступления:

- посягающие на жизнь: ст. 105-110 УК РФ (убийство, причинение смерти по неосторожности, доведение до самоубийства и другие);

- посягающие на здоровье: ст. 111-119 УК РФ (умышленное и неосторожное причинение вреда здоровью; угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью и другие);

- против чести и достоинства человека: ст. 129-130 УК РФ (клевета, оскорбление и другие);

- против половой неприкосновенности и половой свободы: ст. 131-133 УК РФ (изнасилование, насильственные действия сексуального характера, понуждение к действиям сексуального характера).[1]

Степень научной разработанности данной темы. Отдельные аспекты, относящиеся к заявленной теме, исследовались в трудах знаменитых российских ученых: дознание и производство неотложных следственных действий в ИУ - в работах В. М. Анисимкова, Б. Т. Безлепкина, И. Е. Быковского, К. К. Горяинова, О.П. Александровой, Р.С. Белкина, С.И. Медведева, А.М. Лютынского, М.А. Петуховского, Н.Г. Шурухнова и др.; взаимодействие правоохранительных органов при расследовании преступлений - А.Р. Ратинова, Ф.Н. Фаткуллина, В.Е. Жарского, Ф.Ю. Бердичевского, Р.В.Зимина и др.; криминологии - А.И. Долговой, А. А. Мазурина, Н. И. Брезгина, И. И. Карпеца, М. В. Костюка и др.

Объектом исследования в курсовой работе считаются общественные отношения, складывающиеся в связи с расследованием следственными подразделениями пенитенциарных преступлений в УИС.

Предметом курсовой работы является деятельность следственных подразделений и оперативных аппаратов УИС при расследовании пенитенциарных преступлений.

Цель курсовой работы - изучение и систематический анализ отличительных черт сопряженных с расследованием преступлений против личности в исправительных учреждениях.

В работе находят решение следующие задачи:

- обусловлены методические основы расследования преступлений против личности.

- представлены особенности расследования преступлений в условиях исправительных учреждений.

- исследованы особенности расследования убийств как одного из преступлений против личности в ИУ.

Структура курсовой работы. Состоит из введения, трех глав, заключенияи библиографического списка.

Глава 1. Понятие научно-технического обеспечения

  Своему рождению криминалистика - обязана достижениям естественных и технических наук. На данной основе в свое время была изобретена  и установлена на службу розыска и следствия примето-описательная система, положившая начало уголовной (криминалистической) регистрации, открыта криминалистическая тайна дактилоскопии, изучены методики “увидеть невидимое” с помощью фотографии и т. д. Не случайно в момент собственного зарождения повсюду, а в англо-саксонской группе стран до сих пор, под криминалистикой подразумевается “научная техника расследования преступлений” или “уголовная (полицейская) техника”, которая, по мнению С. Н. Трегубова, “обладает собственным предметом изучения более целесообразных методик и приемов употребления методов естественных и технических наук к расследованию преступлений и установлению личности преступника”.

   Помимо этого, акцентируя внимание на предмете предоставленного исследования — технико-криминалистическом обеспечении (ТКО) раскрытия и расследования преступлений, во избежание вероятных недоразумений, подчеркнем, что нами ни в какой мере не противопоставляются материальные и идеальные следы преступлений, а значит, научно-технические и интеллектуальные возможности получения как “объективной”, так и “субъективной” розыскной и доказательственной информации, потому как исключительно на пути рационального сочетания того и другого вероятен общий успех в раскрытии и расследовании преступлений. В частности, в данном контексте нами обозначается возрастающая роль материальных следов в раскрытии преступлений, которые при умелом, научном подходе к их изучению, по выражению И. Н. Якимова, (многозначительно говорят не только о том, “как это было”, но очень часто и “кто это осуществил”.

   Как установлено, раскрытие преступлений —  это процесс получения, обработки  и использования информации. По информации предоставленной академической наукой, число информационных связей (каналов) увеличивается соразмерно  квадрату объема производства, по иным данным — кубу. Таким образом, лишь за последние 15 лет, в связи с более  чем семикратным ростом числа  преступлений, объемы информационных связей увеличились где-то в 48— 342 раза. Данное  явление обладает ясно выраженной тенденцией  к обострению, решительно перечеркивая надежды на экстенсивные методы повышения  эффективности розыскной, следственной и исполняемой в их рамках технико-криминалистической работы. В подобных условиях нужно не просто “дальнейшее совершенствование  практики применения и использования”, а полная реконструкция целой системы научно-технического обеспечения деятельности органов внутренних дел по борьбе с преступностью. Употребительно к раскрытию и расследованию преступлений — технико-криминалистического обеспечения.[2]

   В. Лохов обнаруживает содержание “системы ТКО” через перечень субъектов данного  направления деятельности и используемых  ими технических средств. В качестве элементов данной системы "он именует эксперта, инженера по специальной  технике, специалиста-криминалиста, опытное лицо; криминалистическую технику, технико-криминалистические методы и средства. При этом он полагает, что ТКО по собственному содержанию не содержит “обеспечение лиц, органов, проводящих расследование, специальными криминалистическими познаниями”.

   С течением времени под ТКО одни авторы подразумевали повседневную деятельность экспертно-криминалистичеоких подразделений, остальные — их систему и организационную структуру, третьи — технико-криминалистичеокое обеспечение единичных следственных действий.

   В данном же аспекте в наибольшей степени концентрированном  выражении складывается ТКО И. Главой. По его мнению, — это “комплекс  методов и путей более оптимального  и успешного применения  в  практике раскрытия и расследования  преступлений научно-технических достижений криминалистики, а также специальных noзнаний”. При этом, что несложно увидеть, автор, стирает грань между ТКО и криминалистическим приемом, под которым в свою очередь подразумевается “в наибольшей степени оптимальный и эффективный способ действий... при собирании, исследовании и использовании доказательств”. Помимо прочего, в данном определении отслеживается и закономерное противоречие. “Использование” чего-то недопустимо без надлежащего обеспечения, под которым подразумевается процесс “обеспечения чем-нибудь в необходимом количестве” или работа, сориентированная на то, чтобы “сделать что-то (в том числе и использование — В. В.) абсолютно возможным, действительным, несомненным”.[3]

Е. И. Зуев, не давая определения ТКО, акцентирует следующие его элементы:

“система информации, облегчающая действенное применение данных криминалистики в процессе раскрытия, расследования и предупреждения преступлений”, которая обязана быть заложена в методической, учебной, справочной литературе;

оснащенность научно-техническими средствами правоохранительных органов и существование у сотрудников навыков по работе с ними;

“организация производства экспертиз, участия в следственных действиях специалистов-криминалистов”. В данном случае, по моему мнению, отсутствует целостная основа предложенной автором системы элементов ТКО. Все они подразумевают и наличие системы информации и техническую оснащенность и организацию.

Это, вернее, самостоятельные направления ТКО, направленные  на определенные практические задачи (например, производство экспертиз, участие специалистов в следственных действиях и т. д.), к тому же акцентрированные на самостоятельные процессуально обусловленные формы ТКО. Автор даже не упоминает такие значительные в раскрытии преступлений его направления, как ведение криминалистического учета, употребление криминалистических средств и методов напрямую следователями и работниками органов дознания, в том числе для получения значимой информации и др. Но самое главное то , что  он все организационные проблемы ТКО свел к “организации производства экспертиз и участия специалистов-криминалистов в следственных действиях”, необоснованно упуская саму систему экспертно-криминалистических учреждений и множество ньюансов организации их работы — от оснащения техникой до технико-криминалистической подготовки субъектов ее применения.

   Данный  “пробел” был обнаружен Л. А. Винбергом, пытавшемся детализировать поэлементное содержание ТКО с организационно-управленческих позиций. По его мнению, в качестве таковых элементов надлежит понимать: экспертные учреждения, “специальные познания в области криминалистики, ... научно-технические средства и методы, с помощью которых субъекты правоохранительной деятельности осуществляют свои специальные полномочия”. Тем не менее, и в данном случае бесспорно ограниченное толкование понятия ТКО — с традиционной, исключительно криминалистической точки зрения. В частности, автор признает, что теоретическая база ТКО совершенно охватывается разделом советской криминалистики — криминалистической техникой — “системой научных положений и разрабатываемых на их основе технических (в широком смысле) средств, приемов и методов, специализированных для собирания, исследования и использования доказательств”. При этом неправомерно пренебрегается тот факт, что даже правовое регулирование и организация применения технико-криминалистических средств и методов считается предметом не только криминалистической техники как раздела криминалистики, но и многих других смежных с ней отраслей знания.[4] В данном случае  надлежит иметь в виду общепризнанную роль криминалистики как науки, призванной накапливать современные достижения естественных и технических наук и гарантировать их введение в практику раскрытия и расследования преступлений на сегодняшний день в числе данных наук специальное место занимает информатика, кибернетика, научная организация труда и др. По моему мнению, и их достижения обоснованно анализировать в качестве теоретической базы ТКО.

   В частности  к подобному пониманию приблизился  Г. И. Грамович, утверждая, что ТКО это урегулированная “нормативными актами деятельность научно-исследовательских, судебно-экспертных и иных учреждений, а также надлежащих должностных лиц, на которых возложена необходимость  разработки и реализации комплекса взаимозависимых мер с целью создания оптимальных условий действенного применения особых знаний и научно-технических средств в борьбе с преступностью”.

   В данном случае ТКО, совершенно обоснованно рассматривается как некоторая организационно-функциональная система. Правда, автор немного обще предполагает субъектов данной системы — “научно-исследовательские, судебно-экспертные и прочие учреждения, а также надлежащие должностные лица”. Не совсем ясна при этом роль работников органов дознания, следователей, экспертов, которые напрямую гарантируют функционирование данной системы и использование ее потенциалов в раскрытии преступлений. В этой же связи вряд ли правомерно сдерживать ее задачи лишь разработкой и реализацией мер “с целью создания подходящих условий действенного применения особых знаний и научно-технических средств в борьбе с преступностью”.[5]

Глава 2. Особенности технико–криминалистического обеспечения расследования пенитенциарных преступлений

Одной из задач уголовно-исполнительной системы считается поддержание режима законности и правопорядка в учреждениях, которые обеспечивают изоляцию от общества. Анализ содержания ст. 1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации демонстрирует, что задачами уголовно-исполнительного законодательства считаются регулирование порядка и условий исполнения отбывания наказаний, установление средств исправления осужденных, охрана их прав, свобод и законных интересов.[6] Преступления, совершаемые в условиях исправительных учреждений, значительно нарушают вышеуказанные права и свободы, мешают работу учреждений в целом. Настоящую категорию преступлений правильно анализируют в качестве одного из главных признаков безрезультатного исполнения наказания в виде лишения свободы и фактор, значительно затрудняющий работу уголовно-исполнительной системы.

Пенитенциарная преступность — это преступность в пенитенциарных учреждениях, местах лишения свободы, т.е. Преступность, назначенная по месту совершения. К данному виду  причисляется преступность в исправительных колониях, лечебных исправительных учреждениях, колониях-поселениях, воспитательных колониях, тюрьмах, следственных изоляторах. Ее характерные черты обусловливаются особенностью условий в учреждениях пенитенциарной системы и специальной социальной средой осужденных.[7] Преступления, совершаемые в учреждениях, которые обеспечивают принудительную изоляцию от общества, отделяют в одну группу, помечаемую термином пенитенциарные преступления. В трех составах функционирующего уголовного закона отмечено, что субъектами предоставленных преступлений могут быть осужденные либо находящиеся под стражей граждане. Это побег из мест лишения свободы, из-под ареста или из-под стражи (ст. 313 УК), уклонение от отбывания ограничения свободы, лишения свободы, а также от использования принудительных мер медицинского характера (ст. 314 УК), дезорганизация обычной деятельности учреждений, которые обеспечивают изоляцию от общества (ст. 321 УК). Другую группу пенитенциарных преступлений составляют другие общественно опасные деяния, осуществляемые в условиях вышеуказанных учреждений.

Действенное сопротивление пенитенциарной преступности призывает к  постоянному улучшению способов использования специализированных знаний в ходе предварительного расследования преступлений, совершенных в условиях изоляции от общества. Надлежит неотъемлемое привлечение специалистов и экспертов для участия в проведении отдельных следственных действий, в ходе осуществления оперативно-розыскных мероприятий. Необходимо создание мер по реализации устойчивого и непрерывного совершенствования экспертно-криминалистического обеспечения процесса выявления, раскрытия, расследования преступлений в предоставленной сфере. Потребность применения специальных знаний в деятельности учреждений УИС подтверждается еще и тем, что неудовлетворительная оснащенность исправительных учреждений технико-криминалистическими средствами, неквалифицированность отдельных сотрудников, принимающих непосредственное участие в расследовании, безошибочно использовать их в ряде случаев могут привести к ослаблению доказательственной силы данных, приобретенных в ходе производства ими неотложных следственных действий. Также Верховный Суд Российской Федерации сосредоточивает внимание на потребности более полного использования достижений науки и техники в целях всестороннего и объективного исследования обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, посредством производства судебной экспертизы во всех случаях, когда для разрешения образовавшихся в ходе судебного разбирательства вопросов потребуется проведение исследования с применением особых знаний в науке, технике, искусстве или ремесле.[8]

Надлежит обозначить, что под экспертно-криминалистическим обеспечением положено осознавать деятельность экспертно-криминалистических учреждений, призванных на практике гарантировать реализацию криминалистических и иных особых знаний в раскрытии и расследовании преступлений. Отсюда вытекает, что экспертно- криминалистическая деятельность в сущности заключает в себе два вида деятельности: судебно-экспертную и криминалистическую. Первая находит свое применение в ходе производства судебных экспертиз, вторая путем технико-криминалистического обеспечения производства следственных действий.

В соответствии с нормативным определением судебная экспертиза - процессуальное действие, заключающееся в  осуществлении исследований и дачи заключения экспертом по вопросам, разрешение которых просит особых знаний в области науки, техники, искусства или ремесла и которые установлены перед экспертом судом, судьей, органом дознания, лицом, производящим дознание, следователем, в целях установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по определенному делу. Смысл судебной экспертизы состоит в применении сведущими лицами – экспертами специальных знаний в интересах судопроизводства. Закон не дает четкого описания понятия «специальные знания». Обычно под данным термином подразумевают систему теоретических знаний и практических навыков в определенной области, приобретаемых порядком особой подготовки или профессионального опыта и важных для решения вопросов, образующихся в процессе уголовного судопроизводства. Вдобавок к особым, как правило, не причисляют общеизвестные, а также юридические знания.

Также в процессуальной и криминалистической литературе при исследовании вопросов применения специальных знаний полагается оперировать категорией «форма». При этом предполагается, что деятельность сотрудников судебно-экспертных учреждений может быть осуществлена как в процессуальной форме, когда ее результаты обладают доказательственным значением, так и в не процессуальной форме. В данном случае стоит согласиться с мнением В.В. Степанова, что в уголовном судопроизводстве использование специальных знаний осуществимо лишь в уголовно-процессуальной форме, так как оно может действовать в строгом соответствии с нормами УПК.

В экспертно-криминалистическом сопровождении имеют необходимость органы предварительного расследования при работе практически по любому уголовному делу. Пенитенциарные преступления исключением не являются. В ходе их расследования производство экспертизы считается, в единичных случаях, неотъемлемым процессуальным действием в силу требований закона. Так, при расследовании преступлений, сопряженных с обнаружением трупа на территории исправительного учреждения, требуется назначение и производство судебной экспертизы в целях определения причины смерти (ч.1 ст. 196 УПК РФ). Также требуется производство экспертного исследования для установления характера и степени вреда, причиненного здоровью (ч. 2 ст. 196 УПК РФ). При рассмотрении дел о пенитенциарных преступлениях, предметом которых представляются наркотические средства или психотропные вещества, суды должны обладать надлежащими заключениями экспертов или специалистов (постановление Пленума Верховного суда РФ № 14 от 15.06.2006 г.). Решение о назначении судебной экспертизы должно быть тактически обусловлено. Если факт, отмечаемый с применением специальных знаний, считается доказательственным, т.е. имеет право быть применен как аргумент в процессе последующего доказывания, надлежит производство экспертизы.  В пользу экспертизы подтверждает также потребность в  специальном лабораторном исследовании. [9]

Для определения отдельных обстоятельств пенитенциарного преступления имеют право быть назначены разнообразные виды экспертиз. В наибольшей степени популярной считается криминалистическая экспертиза. К сожалению, чрезвычайно распространена практика формального отношения следователей к подготовке материалов и назначению экспертиз. Особо частым недостатком считается ошибочное определение объема материалов дела, с которыми нужно ознакомить эксперта. Зачастую присутствует представление некачественного или недостаточного сравнительного материала.

В зависимости от предполагаемого способа совершения преступления, кроме классических вопросов, эксперту должны быть назначены и вопросы, учитывающие специфику пенитенциарной преступной среды. Так, при назначении судебно-медицинской экспертизы трупа с признаками самоповешения надлежит расследовать факт прижизненного образования повреждений. Это нужно для исключения версии о намеренном убийстве с дальнейшим изображением самоубийства.

 Кроме судебных экспертиз применение специальных знаний может быть осуществлено в виде участия специалиста в следственных действиях. Закон предоставляет право привлечения специалиста к производству следственных действий (ст. 168 УПК) для оказания помощи следователю или суду в обнаружении, фиксации и изъятии доказательств. Специалист может быть призван для участия в осмотре всех видов, освидетельствовании, обыске, выемке, следственном эксперименте, получении образцов для сравнительного исследования, допросе несовершеннолетнего. В последнее время следственная практика идет по пути расширения участия специалиста.  В наибольшей степени наглядно роль специалиста обнаруживается в ходе осмотра места происшествия по преступлениям, сопровождаемым внесением немаловажных изменений в окружающую обстановку, и характеризующимся фактом немалого количества всевозможных материальных следов. В наибольшей степени это типично для фактов причинения вреда здоровью и убийств. Наличие трупа на месте происшествия определяет неотъемлемое участие специалиста в соответствии с требованием 178 УПК, регулирующей процессуальный порядок осмотра. Согласно ч.1 предоставленной статьи, следователь совершает осмотр трупа на месте его обнаружения с участием судебно- медицинского эксперта, а при невозможности его участия ‒ врача. При острой потребности для осмотра могут привлекаться прочие специалисты. При расследовании преступлений, совершенных на территории исправительных учреждений, осмотр трупа в большинстве случаев выполняется на месте его обнаружения и входит составной частью в процедуру осмотра места происшествия. В подобном случае ход и результаты осмотра трупа следователь отмечает в протоколе места происшествия. Для участия в осмотре трупа в качестве специалиста в области судебной медицины необходимо привлекать штатного судебно- медицинского эксперта. Если последний по тем или иным причинам не может быть приглашен, то из врачей других специальностей предпочтение нужно отдавать патологоанатому или хирургу. [10]

В случае осмотра трупа на месте происшествия, случившегося в учреждении уголовно-исполнительной системы, скорее всего будут привлекаться врачи медицинской части последнего, так как для оказания медицинской помощи подозреваемым, обвиняемым и осужденным в Учреждении (следственном изоляторе исправительного учреждения, в том числе исправительной колонии, лечебном исправительном учреждении, воспитательной колонии, тюрьме) организуется медицинская часть, которая представляет собой его структурное подразделение или филиал лечебно-профилактического учреждения. При этом профили медицинских специальностей, состоящих в штате врачей медицинской части учреждения, устанавливают предоставляемую лечебно-профилактическую помощь. Подобными, как правило, считаются врачи-терапевты и хирурги.

 Надлежит обозначить, что основная судебно-медицинская подготовка сотрудников медицинских судебно-экспертных учреждений дает возможность реализовать и не процессуальную деятельность в виде предварительных исследований, справочно-консультационной деятельности. Таким образом, принимая во внимание тот факт, что специализированные знания судебно-медицинского характера весьма компетентны в работе учреждений, которые обеспечивают изоляцию от общества, нужно принять полезным введение должности судебно-медицинского эксперта (специалиста в области судебной медицины) в медицинской части Учреждения. Его специализированные знания могут быть нужны и в обычной деятельности учреждения для решения вопросов дифференциации самоповреждений, определения тяжести причиненного вреда здоровью, физических последствий актов суицидального поведения и т.п.

Отдельное направление использования специализированных знаний в уголовном судопроизводстве – технико-криминалистическое обеспечение собирания доказательств в ходе предварительного расследования. Предоставленную задачу вызваны осуществить сведущие лица путем участия в производстве следственных действий в качестве специалистов-криминалистов. Процессуальные полномочия специалиста-криминалиста в значительном большинстве случаев реализовывает сотрудник экспертно-криминалистического подразделения органа внутренних дел, на территории которого находится исправительное учреждение.[11] При производстве осмотра места происшествия на территории исправительного учреждения специалист-криминалист: выражает помощь следователю, дознавателю в обнаружении, фиксации, изъятии, упаковке, а также сохранении предметов и следов преступления, отборе сравнительных и контрольных образцов; исследует предметы и следы на месте происшествия для получения розыскной информации об обстоятельствах преступления и о лицах, причастных к его совершению; обговаривает со следователем, дознавателем, отталкиваясь от отличительных черт места происшествия, необходимости, целесообразности и последовательности использования тех или иных технических средств; выражает помощь в полном и точном отражении в протоколе осмотра места происшествия сведений, приобретенных в результате их применения; принимает участие в выдвижении версий касательно произошедшего события, а также причастных к нему лиц.

Зачастую в осмотре места происшествия принимают участие специалисты-кинологи, оказывающие следователю, дознавателю помощь в обнаружении источников запаховых следов, нахождении путей подхода к месту происшествия и отхода от него лиц, осуществивших преступление, содействуя тем самым верному определению границ места происшествия, а также выбору направления его осмотра.

Для произведения осмотра, помимо специалиста-криминалиста, могут привлекаться специалисты любого профиля. Выбор специалиста складывается исходя из характера преступления, а также видом следов и предметов, найденных на месте происшествия.  Другим, наиболее важным элементом экспертно-криминалистического обеспечения расследования пенитенциарных преступлений, считается учетно-регистрационная деятельность судебно-экспертных учреждений. Эффективность криминалистической регистрации в расследовании в существенной мере определена её системностью, поскольку она непосредственно сопряжена с организацией её деятельности. На сегодняшний день в рамках криминалистической регистрации числится более тридцати всевозможных видов учетов, существенная часть которых сконцентрирована в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел. Экспертно-криминалистические учеты специализированы для оперативного информационного обслуживания раскрытия и расследования, а также предупреждения преступлений. Объектами этих учетов представляются неустановленные лица, предметы (следы), вещества, имеющие индивидуальную экспертно-криминалистическую информацию, подходящую для закрепления и дальнейшего применения в целях решения задач оперативно-розыскной деятельности и расследования уголовных дел. При расследовании пенитенциарных преступлений более нужной считается информация о следующих объектах экспертно-криминалистических учетов: следы неустановленных лиц, изъятые с мест преступлений; данные ДНК биологических объектов, изъятых с мест преступлений; следы подошв обуви; следы орудий взлома; микрообъекты (микроволокна, частицы лакокрасочных покрытий, полимеров и металла), аудиозаписи устной речи и голоса (в том числе телефонных сообщений). [12]

В ряде случаев следы рук предполагаемого преступника замечают на брошенных орудиях преступления, прочих предметах, которых преступник задевал или которых касался . К биологическим объектам, заключающим генно-молекулярную информацию, принадлежат кровь, слюна и сперма. Подобные материальные следы считаются обычными последствиями преступлений против жизни и здоровья, а также против половой неприкосновенности личности. Следы орудий взлома и инструментов представляются присущими для воздействия на запирающие устройства и объекты-преграды при совершении краж.

При расследовании пенитенциарных преступлений важным значением обладает дактилоскопический учёт, собирающий следы рук с мест нераскрытых преступлений. Установленный учет специализирован для установления лиц, оставивших следы рук на месте преступления, а также фактов оставления следов рук одним и тем же лицом на нескольких местах преступлений.

Широкое распространение мошеннических действий с применением устройств мобильной связи, в том числе содеянных в условиях исправительных учреждений, актуализирует экспертно-криминалистический учет фонограмм речи (голоса) неустановленных лиц. Учет дает возможность определить лиц, причастных к совершению преступлений, по речи и голосу, а также факт принадлежности одному лицу речи (голоса) на фонограммах по нескольким преступлениям.

Таким образом, экспертно-криминалистическое обеспечение обладает существенным значением для информационного обслуживания раскрытия, расследования, а также предупреждения преступлений, совершенных в условиях учреждений, которые обеспечивают изоляцию от общества. [13]

 

 

 

                                                                                
                                                                             

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Глава 3. Правовые основы технико-криминалистического обеспечения

         Правовые основы каждой деятельности — это определенная совокупность правовых предписаний (норм права), устанавливающих принципы, формы и порядок ее осуществления, регламентирующих условия использования обусловленных методов и средств для достижения ее целей.

         Подчеркнем, что технико-криминалистическое обеспечение — деятельность, сопряженная с использованием мер государственного принуждения в отношении лиц, совершивших преступление, т.е. с реализацией норм уголовного права, уголовно-процессуального права и безусловно в условиях соблюдения конституционных гарантий прав и законных интересов граждан.

         Напомним, что данную деятельность реализовывает разветвленная система органов предварительного следствия, оперативно-розыскных аппаратов, экспертно-криминалистических подразделений и судебно-экспертных учреждений, равным образом функционирующих на базе законодательных и ведомственных нормативных актов. В контексте данного обоснованно говорить о наличии в системе ТКО особых, присущих для нее процессуальных, и организационно-управленческих отношений. Их правовую основу составляют:

- положения Конституции РФ, определяющие права и ϲʙободы граждан, а также ключевые принципы уголовного судопроизводства;

- нормы уголовного права, устанавливающие определенные составы преступлений и их квалифицирующие признаки;

- нормы уголовно-процессуального права,  регулирующие права и обязанности участников уголовного процесса, обстоятельства, подлежащие доказыванию, источники доказательств, средства доказывания и т.п.;

- законы Российской Федерации и Указы Президента Российской Федерации в части борьбы с преступностью и применения в данных целях научно-технических средств и методов.

         При этом, несомненно, необходимо иметь в виду и международные правовые акты (соглашения, договоры и т.п.), устанавливающие права и свободы человека, их гарантии, регулирующие межгосударственные отношения в сфере борьбы с преступностью и применение в предоставленных целях научно-технических средств.

         Следует отметить положениями ведомственных нормативных актов рассматриваются права и обязанности субъектов ТКО, формы и методы их осуществления, технико-криминалистическая подготовка следователей, оперативных работников, организация функционирования надлежащих подразделений (учреждений), порядок разработки средств и методов криминалистической техники, ее апробации и применения в повседневной практике раскрытия и расследования преступлений.

         К числу таких нормативных актов относятся, в частности, положения о линейных службах МВД РФ, приказы МВД РФ, инструкции по вопросам технико-криминалистического обеспечения раскрытия и расследования преступлений, в которых адресно (по видам преступлений, свойственным для них следам, по службам, по методам и формам их деятельности) изложены надлежащие предписания.

         Классификатор  оперативно-справочной,  розыскной  и криминалистической информации автоматизированных поисковых систем федерального учета.[14]

         Эти нормативные акты были согласованы с Генеральной Прокуратурой, Верховным Судом, Министерством юстиции, Министерством обороны и Федеральной службой безопасности Российской Федерации. Значит, их предписания неукоснительны для исполнения работниками обозначенных министерств и ведомств. И это не случайно, потому как задачи формирования всех видов определенных учетов и их использования в раскрытии и расследовании преступлений станут неотъемлемыми для всех правоохранительных органов.

         Совершенствование системы ведомственного правового регулирования технико-криминалистического обеспечения раскрытия и расследования преступлений — одно из самых важных условий повышения его эффективности.

         Помимо этого специальным значением в правовой регламентации применения средств и методов криминалистической техники обладает уголовно-процессуальное законодательство, исполняющее по существу регулятивные функции. На основании данного законодательства и во исполнение его установок выпускаются ведомственные нормативные акты. В конце концов, вся система уголовно-процессуальных норм, регулирующих процесс доказывания, его средства, источники доказательств, принципы их оценки и использования, имеет  прямое отношение к криминалистической технике и результатам ее применения.

         По существу из данной системы норм следуют принципы допустимости использования криминалистической техники в уголовном процессе, хотя подобные принципы непринужденно в УПК РСФСР не закреплены, что многочисленные ученые-криминалисты и процессуалисты оценивают как серьезное упущение. При этом в ряде статей функционирующего УПК упоминаются только определенные средства криминалистической техники и в аспекте регламентации отдельных следственных действий. Фактически значит, что кино- и фотосъемка используются лишь при следственном осмотре и следственном эксперименте (ст. 179, 183), звукозапись — исключительно при допросе (ст.141 ч.1) и т.д. Концентрируют на себе внимание и более парадоксальные ситуации, например в ст. 179, 183 сообщается о применении киносъемки (без звукозаписи), а в ст.141 ч.1, напротив, упоминается звукозапись (без киносъемки). Аналогический подход к решению этого вопроса, безусловно, непоследователен и даже вреден, потому как дает основание подвергать сомнению законность получения доказательств с использованием прочих технических средств (не упомянутых в законе) и проведения с их помощью других следственных действий.[15]

         Потребность правовой регламентации принципов допустимости использования средств криминалистической техники в уголовном процессе является очевидной и по той причине, что всевозможная попытка законодательно ограничить их применение в уголовном процессе (формальным перечнем в УПК) в сущности, равнозначна искусственному созданию барьера на пути научно-технического прогресса в борьбе с преступностью.

         Помимо этого, по всей видимости,  невозможно подробно регулировать каждый шаг следователя, работника органа дознания или специалиста-криминалиста, а тем более в части использования криминалистической техники. Необходимо вообразить себе ее структуру и содержание, множество разрешаемых с ее помощью задач, разнообразие организационно-процессуальных форм ее применения, чтобы осознать бесперспективность такого решения данного вопроса.

         Все это подтверждает о явно необходимой потребности концептуально иного подхода к правовой регламентации использования криминалистической техники в уголовном процессе. По-видимому, подобную необходимость понимает уже и законодатель. На сегодняшний день разрабатывается новый уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, где, наверняка, будут предприняты попытки ликвидировать обозначенные противоречия. Криминалисты уже давно и обоснованно подтверждают потребность законодательной регламентации только принципов допустимости криминалистических методов и средств в уголовный процесс. К их числу принадлежат принципы безопасности, научной обоснованности, данные  эффективности технических средств.

         При этом законодательное решение вопроса о принципах допустимости средств и методов криминалистической техники в уголовный процесс даст возможность установить  общие рамки дозволенного. Но практике знакомы случаи, когда использование криминалистической техники, безусловно (если другим путем раскрыть, отметить и изъять доказательства невозможно), к примеру, записать содержание телефонных переговоров без надлежащей аппаратуры. В подобных случаях оправдана более подробная правовая регламентация порядка их применения, который обеспечивает полноту и подлинность получаемых результатов. Не случайно так основательно в УПК РСФСР (ст.79— 82) регламентируется порядок назначения и проведения экспертиз, по существу препровождающих собой одну из организационно-процессуальных форм использования в уголовном процессе специализированных познаний, а следовательно, и научно-технических средств. Заключение эксперта — источник доказательств (ст.69 УПК), а экспертиза — средство доказывания (ст.70 УПК).

         В литературе аргументированно выражается мнение о необходимости правового закрепления неотъемлемой фотосъемки, видеозаписи вещественных доказательств в случаях, когда принято решение об их уничтожении или передаче владельцу; обязательной звуко- и видеозаписи показаний лиц, если они не могут являться в судебное заседание; обязательной звукозаписи, если того требует допрашиваемый в интересах обеспечения собственных прав и др.

Также стоят внимания предложения, разделяемые многочисленными учеными-криминалистами и процессуалистами, о потребности будущей дифференциации организационно-правовых форм употребления специализированных познаний (применения научно-технических средств) в уголовном процессе.

         На сегодняшний день в соответствии с УПК РСФСР, лишь экспертиза считается средством доказывания. Помимо этого на практике проводится внушительное количество (около 2/5 от общего количества экспертиз и исследований) так называемых предварительных (по оперативно-розыскным материалам — специальных) исследований. В дальнейшем предоставленные исследования копируются, часто формально, в виде экспертиз — увеличиваются сроки расследования, возрастает объем работы специалистов-криминалистов, уменьшается ее эффективность.[16]

         По данной причине предлагается трансформировать правовую оценку результатов предварительных (специальных) исследований, признав их в качестве источников доказательств, или позволить производство экспертиз, в т.ч. криминалистических, до возбуждения уголовного дела. Но экспертиза, ее назначение — одно из следственных действий и, по мнению многих ученых-

 ТКО раскрытия и расследования преступлений процессуалистов, криминалистов, она может иметь место исключительно после возбуждения уголовного дела. Поэтому более преимущественен вариант законодательного решения вопроса о признании в качестве источника доказательств результатов предварительных исследований, по крайней мере, проводимых на стадии возбуждения уголовного дела. Например, лишь при наличии справки специалиста-криминалиста о принадлежности изъятых объектов к категории запрещенных для хранения, ношения (огнестрельное и холодное оружие, взрывчатые вещества, наркотические вещества, драгоценные металлы и т.п.) возбуждаются уголовные дела по надлежащим фактам. Здесь неоспорима видимая алогичность — для возбуждения уголовного дела справки специалиста довольно, т.е. она признается источником доказательства, а после возбуждения уголовного дела следственно, что она теряет данное качество.

         Многие ученые высказывают опасение, что предлагаемое решение рассматриваемого вопроса приведет к подмене экспертизы исследованиями. Воображается, что для подобных опасений нет оснований, если вероятность исследований как средства доказывания в уголовном процессе регулировать в законе, обусловив, на каких стадиях и в каких формах предварительного расследования это выполнимо, по каким видам преступлений и т.д. При этом должен быть обусловлен порядок назначения, проведения и использования результатов аналогичных исследований, а также правовые (в т.ч. уголовно-правовые) гарантии их достоверности и объективности. Помимо этого, проведение исследования в случае противоречия его результатов прочим доказательствам не исключает производство экспертизы.

         Совершенствование   уголовно-процессуального   законодательства, в т.ч. в части использования криминалистической техники в раскрытии и расследовании преступлений, при всей трудности данного процесса в конечном итоге будет итогом  анализа и оценки:

а)    потребностей практики борьбы с преступностью, т.е. криминогенной ситуации в стране, динамики, структуры

преступлений, способов их совершения и т.п.;

б)    современных возможностей науки и техники, т.е. научно-технических достижений, которые могут быть применены в борьбе с преступностью;

в) реального состояния технико-криминалистического обеспечения раскрытия и расследования преступлений.

Заключение

В основе системы криминалистической техники находится предметный принцип доказательств, получающихся с помощью технических средств: следы человека, орудий взлома и инструментов, транспортных средств, рукописные, машинописные, прочие документы, результаты применения огнестрельного оружия, взрывных устройств и др. Инновационные средства и методы криминалистической техники основываются на новейших достижениях естествознания, математики, аналитической физики и химии, кибернетики, физиологии и других наук, разрабатываются с учетом потребностей следственной, экспертной, оперативно-розыскной и судебной практики.

Использование средств криминалистической техники в уголовном судопроизводстве обязано отвечать ряду условий. Их использование вероятно, если при этом не нарушаются законные права и интересы граждан, нравственные, этические требования. Следующее условие обеспечение сохранности источников доказательственной информации (следов и предметов вещественных доказательств), а также отсутствие искажений закрепляемой либо анализируемой информации (например, при фотографировании, видео- или звукозаписи, получении поверхностных и объемных копий).

Нужно также обозначить квалифицированное применение технико-криминалистических средств управомоченными на то субъектами. Это обязует последних в совершенстве знать и верно применять технико-криминалистические приемы, обеспечивая объективность, всесторонность и полноту профессиональной деятельности как ключевые требования уголовно-процессуального закона.[17]

Заключительный момент -  обязательное отражение условий, порядка и результатов применения технико-криминалистических средств в протоколах следственных (судебных) действий, заключениях экспертов и прочих процессуальных документах. Оно проистекает из того, что отличительной особенностью криминалистической техники считается подзаконный характер ее применения. Ряд норм уголовно-процессуального закона (ст. 164, 166 и др. УПК РФ) учитывает фотосъемку, видео-, звукозапись, измерения, изготовление слепков и оттисков при осмотре места происшествия, обыске, следственном эксперименте и др. Вследствие этого применение технико-криминалистических средств должно, безусловно, отображаться в надлежащих протоколах, чем удостоверяется сам факт использования этих средств, гарантируется оценка приобретенной с их помощью информации, образовываются условия для ее проверки.


Список использованной литературы

Нормативно – правовые акты

1. Уголовно-исполнительный кодекс РФ от 08.01.1997 N1-ФЗ (принят ГД ФС 18.12.1996) (ред. от 03.04.2008)

2. "Уголовный кодекс Российской Федерации" от 13.06.1996 N 63-ФЗ (ред. от 24.11.2014) //"Российская газета", N 113, 18.06.1996.

Учебная литература

3. Уголовное право России. Части общая и особенная: учеб. / М.П. Журавлев, Изд-во Проспект, 2008. – 394 с.

4. Криминалистика: Учебник / Отв. Ред. Н.П. Яблоков.-3-е изд., перераб. и доп. – М.: Юристъ, 2005. – 501с.

5. Криминалистика: Учебник для вузов.-3-е изд., под ред. Аверьянова Т.В., Белкина Р.С., Корухова Ю.Г., Россинской Е.Р. – М.: Норма, 2007. – 836 с.

6. Криминологический учебник/под ред.В.Н.Кудрявцева и В.Е.Эминова-3-е изд., перераб. и доп. М.: Юристъ, 2007- 281 с.

7. Константинов Ю. Сфера особого внимания // Преступление и наказание. 2006 г. № 9.- 94 с.

8. Шепитько В.Ю. Инновации в криминалистике и следственной деятельности // Российский следователь. 2009. № 20. – 6 с.

9. Шашкин С.Б. Основы судебно-технической экспертизы документов, выполненных с использованием средств полиграфической и оргтехники.. СПб.: Питер, 2003. – 79 с.

10. Соколов Ю.Н. Использование материалов электронного наблюдения в доказывании по уголовным делам // Мировой судья. 2012. № 2.- 43 с.

11. Грамович Г.И. Тактика использования специальных знаний в раскрытии и расследовании преступлений: М.: Статут, 2007.- 142 с.

12. Гусев А.В. Криминалистическая техника как область специальных криминалистических знаний уголовного судопроизводства // Общество и право. 2012. № 1.- 99 с.

13. Драпкин Л.Я., Шуклин А.Е. Следователь: профессиональная характеристика и основные методы деятельности // Российский юридический журнал. 2011. № 1. – 2 с.

14. Исаенко В.Н. Допустимость доказательств, полученных при исследовании результатов оперативно-розыскной деятельности // Законность. 2011. № 1. – 64 с.

15. Ищенко Е.П., Топорков А.А. Криминалистика: Учебник / под ред. Е.П. Ищенко. М.: Контракт-Инфра-М, 2006. – 53 с.

16. Кочнева И.П. Криминалистическая техника: генезис развития понятия и проблема применения понятийного аппарата // Российский следователь. 2009. № 13. – 20 с.

17. Митричев В.С., Хрусталев В.Н. Основы криминалистического исследования материалов, веществ и изделий из них. СПб.: Питер, 2003. – 91 с.

18. Оленин Г.В. Экспертиза цифровой аудио- и видеозаписи. Применение в следственной практике устройств цифровой фиксации аудио- и видеоинформации // Эксперт-криминалист. 2009. № 2. – 8 с.

19. Соколов Ю.Н. Информационные технологии как альтернативные средства фиксации при производстве следственных действий // Российский судья. 2010. № 6.- 7 с.

20. Волынский А.Ф. Технико-криминалистическое обеспечение раскрытия и расследования преступлений: проблемы и пути их решения // Проблемы технико-криминалистического обеспечения раскрытия и расследования преступлений: Материалы научно-практической конференции. М.: ЮИ МВД России, 1994. – 70 с.



[1] "Уголовный кодекс Российской Федерации" от 13.06.1996 N 63-ФЗ (ред. от 24.11.2014) //"Российская газета", N 113, 18.06.1996.

[2] Константинов Ю. Сфера особого внимания // Преступление и наказание. 2006 г. № 9.- 94 с.

[3] Криминалистика: Учебник / Отв. Ред. Н.П. Яблоков.-3-е изд., перераб. и доп. – М.: Юристъ, 2005. – 501с.

[4] Кочнева И.П. Криминалистическая техника: генезис развития понятия и проблема применения понятийного аппарата // Российский следователь. 2009. № 13. – 20 с.

[5] Криминалистика: Учебник для вузов.-3-е изд., под ред. Аверьянова Т.В., Белкина Р.С., Корухова Ю.Г., Россинской Е.Р. – М.: Норма, 2007. – 836 с.

[6]  Уголовно-исполнительный кодекс РФ от 08.01.1997 N1-ФЗ (принят ГД ФС 18.12.1996) (ред. от 03.04.2008)

[7] Ищенко Е.П., Топорков А.А. Криминалистика: Учебник / под ред. Е.П. Ищенко. М.: Контракт-Инфра-М, 2006. – 53 с.

[8] Шашкин С.Б. Основы судебно-технической экспертизы документов, выполненных с использованием средств полиграфической и оргтехники.. СПб.: Питер, 2003. – 79 с.

[9] Грамович Г.И. Тактика использования специальных знаний в раскрытии и расследовании преступлений: М.: Статут, 2007.- 142 с.

[10] Гусев А.В. Криминалистическая техника как область специальных криминалистических знаний уголовного судопроизводства // Общество и право. 2012. № 1.- 99 с.

[11]  Криминологический учебник/под ред.В.Н.Кудрявцева и В.Е.Эминова-3-е изд., перераб. и доп. М.: Юристъ, 2007- 281 с.

[12] Соколов Ю.Н. Использование материалов электронного наблюдения в доказывании по уголовным делам // Мировой судья. 2012. № 2.- 43 с.

[13] Шепитько В.Ю. Инновации в криминалистике и следственной деятельности // Российский следователь. 2009. № 20. – 6 с.

[14] Исаенко В.Н. Допустимость доказательств, полученных при исследовании результатов оперативно-розыскной деятельности // Законность. 2011. № 1. – 64 с.

[15] Оленин Г.В. Экспертиза цифровой аудио- и видеозаписи. Применение в следственной практике устройств цифровой фиксации аудио- и видеоинформации // Эксперт-криминалист. 2009. № 2. – 8 с.

[16] Волынский А.Ф. Технико-криминалистическое обеспечение раскрытия и расследования преступлений: проблемы и пути их решения // Проблемы технико-криминалистического обеспечения раскрытия и расследования преступлений: Материалы научно-практической конференции. М.: ЮИ МВД России, 1994. – 70 с.

[17] Соколов Ю.Н. Информационные технологии как альтернативные средства фиксации при производстве следственных действий // Российский судья. 2010. № 6.- 7 с

Информация о файле
Название файла Технико–криминалистическое обеспечение расследования пенитенциарных преступлений от пользователя tagujav
Дата добавления 5.5.2020, 18:48
Дата обновления 5.5.2020, 18:48
Тип файла Тип файла (zip - application/zip)
Скриншот Не доступно
Статистика
Размер файла 34.85 килобайт (Примерное время скачивания)
Просмотров 358
Скачиваний 124
Оценить файл