IPB

Здравствуйте, гость ( Вход | Регистрация )

Поиск по файловому архиву
  Add File

> Стихотворение Летний сад

Информация о файле
Название файла Стихотворение Летний сад от пользователя z3rg
Дата добавления 14.4.2009, 20:34
Дата обновления 14.4.2009, 20:34
Тип файла Тип файла (zip - application/zip)
Скриншот Не доступно
Статистика
Размер файла 7,67 килобайт (Примерное время скачивания)
Просмотров 1842
Скачиваний 2
Оценить файл

Описание работы:


Тип работы: сочинение
Раздел: Сочинения по литературе и русскому языку
Тип: сочинение Просмотров: 647 Комментариев: 0 Похожие работы
Оценило: 2 человек Средний балл: 3.5 Оценка:
неизвестно
    Скачать
Загрузить Стихотворение Летний сад
Реклама от Google
Доступные действия

Введите защитный код для скачивания файла и нажмите "Скачать файл"

Защитный код
Введите защитный код

Текст работы:


Анализ стихотворения Анны Ахматовой “Летний сад”.

Суть поэта - его душа. Обязанность поэта - не только вложить свою

душу,свое видение мира в стихи, но и донести, уметь донести до читателя главное.

Конечно, таким образом, от сложности натуры поэта зависит сложность его стихов.

Трудно с первого раза разобраться в Пастернаке или О. Мандельштаме. Но вот

про-ступает и обязанность читателя: разобраться, понять, осмыслить стихи, в которых не

всегда обычные образы, необычная жизнь, необычны функции света и цвета. Поэтому свой

анализ я хочу построить с позиции “понять”, а не ”критиковать”.

Говоря просто, стихи- это мысли и чувства поэта, прошедшие через его

душу, через его особый образный мир. По большому счету ,стихотворение

Ахматовой «Летний

сад» есть набросок Летнего сада в Петербурге, прошедшее такую

«обработку».

Только с первого взгляда здесь не видно никакой системы. Но

«безыдейность» стихотворения (в

нем нет философской идеи)- это еще не повод для того для того, чтобы упрекать его в

отсутствии схемы. Идею, как связующее начало , подменяет здесь тема:

Летний сад и впечатления

поэтессы. Немного преувеличивая, можно сказать, что идей стихотворения и «Летний сад»

является его тема: Летний сад. Ахматовой позволено все.

Образный ряд стихотворения двоичен , неоднозначен. Я возьму на себя ответственность

предположить, что в нем Ахматова очень близка к символистам. Игра словами, а вернее,

значениями слов поразительна. Например, в первом двустишии ключевым является слово «розы» :

Я к розам хочу, в тот единственный сад,

Где лучшая в мире стоит из оград.

Конечно, можно предположить, что в летнем саду растут розы. Но в системе стихотворения

«розы» приобретают иное значение. Если предположить, что ряд «розы» -

«единственный ряд» -

«ограда» - это смысловая градация по убывающей, тогда «розы» понятие шире, чем «ограда»

(что-то вещественное), выше чем образ «единственный сад» (что-то уже личное и уже

неопределенное).

В ней слово «розы» без изменения смысла, каждый писатель для себя может заменить на

«красота», «природа», «прошлое». Ахматова, как символистка, будто призывает нас дорисовать

всё самим, додумать. И так на протяжении всего стихотворения, в котором нет об-разов и вообще

существительных, не несущих дополнительную смысловую нагрузку.

Как и «розы», несколько неуместным для читателя является сочетание

«невская вода» в

строках :

Где статуи помнят меня молодой,

А я их под невскою помню водой.

Да, «невская вода» - это тоже в своём роде логический центр, перепутье двустишья, где

читатель сам выбирает себе дорогу. Конечно, можно доказывать фактами из биографии поэтессы,

что она непосредственно была в саду при большой Неве. Можно предположить, что статуи под

«невской водой» - это метаморфическое, от «второго лица» изображение, этюд воздуха

Санкт-Петербурга, когда его влажность просто мешает дышать и пьянит, когда он кажется

осязаемым, как вода.

Мне же здесь видится ещё кое-что. В конспекте четырёх следующих двустиший образ «вода»

приобретает совсем новое значение. Это значение смысловой связки. Ведь

«перепутья» следующих

трёх строф: «мачты», «двойник», «лебедь» - немыслимо связать никакими словами, кроме как

«вода». И здесь открывается новый горизонт возможностей для фантазии.

Мы видим глазами

Ахматовой в Летнем саду, «мачты», которые …. Уносят нас в океан.

«Лебедь» - и перед нами

гладкое озеро сада. «Двойник», то есть отражение как бы погружает нас в воду. А эхо

четвёртого ?????????? в этой системе («Врагов и дру-зей, друзей и врагов») есть не что иное,

как зеркальное отражение слов от водной стихии системы. Оно погружает нас в словесный,

звуковой океан отражений. Здесь не нужно ис-кать смысла, нужно повторять слова, закрыв глаза.

Теперь разберёмся, зачем нужна эта цепочка. По-моему, «водная стихия» должна увлекать

читателя с собой. По уже знакомой на системе градации земного и осязаемого – к возвышенному и

внутреннему через совокупность этих образов. Повторяем с закрытыми глазами: «мачта» ( и в

нашем сознании осязаемая мачта, всё вполне реально, море) – «лебедь»

(это уже ассоциативный

образ : «красота», «грация», «озеро») – «двойник»( и в го-лове пробегает: «тайна», «загадка»,

«отражение») – «враги и друзья» (опять перепутье: вне системы можно рассматривать облики

людей, но мы закрыли глаза, и у нас получает-ся: черное и белое, свет и тьма, добро и зло).

Все нужно рассматривать имперически, не наполняя смыслом, так мне кажется. Оглянитесь,

сколько разных, противоречивых чувств проходит сквозь нас за четыре этих строфы. Но даже в

этой череде водных отражений проглядывает логика, завязаться узлом на образе «вода». Эта

логика сложна, потому что описательна, она построена на чувствах, должна постепенно

подниматься к воображению читателя по ступенькам-образам. Но не нужно искать здесь логику,

которая работает на идею. Идеи нет, я об этом уже говорил. Есть просто полет фантазии, есть

картина, она за-шифрована, она волшебна. И чем больше мы вглядываемся в нее, тем больше

эстетиче-ского удовольствия мы получаем от стихов Анны Ахматовой.

Последние три строфы — это просто симфония. Ключ и метод те же, но на смену чисто

ассоциативным образам, которые воздействуют на нас через сознание и понимание (лебедь,

двойник, розы, вода) приходят имперические: звук, свет, цвет, пространство. И получается

необыкновенная картина.

Все зарождается в шестом действии.

А шествию теней не видно конца

От воды гранитной до двери дворца.

Здесь «шествие» – лишь только намёк на звук.«Тени» - это всего лишь зачатки цвета и света.

Это пространство (кстати, в чистом виде оно появляется впервые) выражено очень чётко и

обозначенное гранитом вазы и дверью дворца. Таким образом, перед нами картина, которую можно

дорисовать, она реальна: блики солнца («шествие теней»), может быть, аллея у входа в летний

дом Петра Первого (вара и дворец), сумерки.

Но в предпоследней строчке пространство размывается: «ваза» и «гранит» превращаются в

неопределённое «тени». Цвет и свет, как ночь, распространились повсеместно. Звук де

формируется. Он тоже становится объёмным. «Шествие» переходит в

«шёпот». Мы как будто подняли

голову, уже не видим конкретных предметов, а только необъятные «ночь»,

«высота». Мы

чувствуем: «любовь», «тайна».

Опять интериоризация, опять переход от конкретного предмета к впечатлению.

Эта цепочка завершается первой строкой дистилия:

И всё перламутром и яшмой горит…

Звук переходит в аллитерацию, настойчивое повторение звонкого «р».

Свет, постепенно, от

тёмного к светлому, перерос в перламутровый и яшму. Эта цвета океана, неба – чего

угодно!

Пространство уже не то чтобы между «вазой» и «дверью», оно выпрыгнуло даже из неопределённого

«тени». И получилось «всё». «Всё… горит…». А последний глагол в строке ассоциативно

соединяет в себе пространство, звук, свет, цвет. Картина неопределённа, но завораживающа.

Читатель уже не на земле, он в перламутре и яшме неба, но он не видит: он может теперь только

чувствовать.

Таким образом, система описания осталась та же. Разница в том, что в первой части

стихотворения поэтесса пользовалась благодарными красками образом и символов, чтобы донести

до читателя картину и заставить его, перенося через сознание, её образы, переживать то, что

когда-то переживала она, глядя на океан Летнего сада. Во вторых части по той же схеме

(осязаемое, реальное – неопределённое – внутренний мир) она рисует светом, цветом,

пространством, звуком. Она заставляет переживать, сначала сгущая краски, а потом размывая

их. Но эта схема работает. Главное доходит до мозга. Без перепадов, без резких и колких

враз. Остаться должно только чувство, общее впечатление.

Я говорил уже про обязанность поэта: донести свои чувства до нас, смертных. Искусство

«передать» - одно из самых великих. И нет предела совершенству. А загадку Летнего сада, точно

так же, как и «анычара», «осени первоначальной», «весенней грозы» и

«первого майского грома»

можно открывать каждый раз по-другому Анна Ахматова уви-дела сад так, как его описала. Может

быть, Тютчев или Пушкин увидел бы его иначе. Но никто не познал бы истины. Истина – удел не

человека. Поэтому к последней строке я отношусь глубоко философски:

Но света источник таинственно скрыт.



Поиск по файловому архиву
Fast Reply  Оставить отзыв  Add File

Collapse

> Статистика файлового архива

Десятка новых файлов 
2 пользователей за последние 3 минут
Active Users 2 гостей, 0 пользователей, 0 скрытых пользователей
MJ12bot, Yandex Bot, Bing Bot
Статистика файлового архива
Board Stats В файловом архиве содержится 217132 файлов в 132 разделах
Файлы в архив загрузили 7 пользователей
Файлы с архива были скачаны 13156848 раз
Последний добавленный файл: Дельфин от пользователя admin (добавлен 2.1.2019, 21:39)
RSS Текстовая версия
Рейтинг@Mail.ru

Анри КАРТЬЕ-БРЕССОН
знаменитый французский фотограф, положивший начало фотожурналистике.
>>>
Смотреть календарь

Папа римский ПАВЕЛ VI прибыл в столицу Колумбии Боготу, начав первый визит главы католической церкви в Латинскую Америку. >>>
Смотреть календарь

СНОПОВЯЗ сноповяза, м. (с.-х., обл.). Тот, кто связывает скошенный, сжатый хлеб в снопы.

Мишель Монтень. "О родительской любви"

Размышления о природе родительской любви в книге Мишеля Монтеня "Опыты", о вреде родительской скупости по отношению к собственным детям. Воспитание.